А еще мельник Джон открыл свои шлюзы. Что касается моста, мы подпилили устои и, привязав к ним веревки, протянули в кусты. Как ты помнишь, берега там густо поросли деревьями. Находясь в укрытии, мы могли в нужный момент дернуть за веревки. Все мужчины, живущие в лесу, явились с мотыгами, вилами и луками и выстроились вдоль нашего берега, чтобы разобраться с теми, кому удастся переправиться.

Ни у кого не возникло ни малейшего сомнения относительно того, под чьей командой врагу подготовили столь грозный прием. Эта женщина сидела перед ними, спокойная и безмятежная, как счастливая деревенская матрона, рассказывающая о своих детях и внуках, которыми гордится, но по мудрости своей не дает им этого заметить.

— Лесники — великолепные лучники, — продолжала сестра Магдалина. — Мы расставили их под деревьями вдоль нашего берега. А на противоположном берегу тоже спрятались наши люди, чтобы преследовать неприятеля, когда тот побежит.

Аббат слушал гостью с почтительным видом, его приподнятые брови выражали сдержанное удивление.

— Насколько я помню, мать Мариана в преклонных летах и хрупкого здоровья. Должно быть, набег сильно напугал и расстроил ее. Аббатисе повезло, что у нее есть ты и что она могла передать свои полномочия такой отважной и одаренной заместительнице.

Кадфаэлю подумалось, что кроткая улыбка сестры Магдалины вызвана воспоминанием о том, как металась беспомощная мать Мариана, обезумевшая от страха.

— Наша настоятельница была в то время не совсем здорова, — дипломатично вымолвила монахиня, — но, слава Богу, сейчас поправилась. Мы уговорили ее запереться в церкви вместе со старшими сестрами, взяв с собой наши реликвии и все самое ценное, и молиться там за наше спасение. Несомненно, их молитвы помогли нам больше, чем луки и мотыги. Все прошло, как по маслу, и мы совсем не пострадали.